Привет, я Холли — твоя весёлая компания в Москве

Приехал на выезд в отель, думал, что будет стандартно — минет, вагинальный секс, может, анал. А она пришла в чёрном белье, с бутылкой шампанского, сказала: «Сегодня ты мой мальчик». Потом она сняла всё, села на меня, начала делать стриптиз, пока я не кончил в рот. Потом она схватила страпон, подошла к своей подруге, и они начали делать мне дуэт — одна в анал, другая в вагину, а я между ними, как в мультике. Она говорила по-чешски, по-французски, потом переключилась на грязный английский, и я просто потерял голову. Потом она вылила мне на лицо жёлтый дождь, а потом села на меня и сказала: «Ты теперь мой». Я не знал, что такое финансовое доминирование, пока она не сказала: «Завтра ты мне переводишь 50 тысяч, иначе я не дам тебе больше ни разу». Я перевёл. Потому что понял: это не секс, это транс. Она не просто дала мне удовольствие — она изменила меня. Я больше не ищу других. Она — единственный, кто знает, как надо.

Я с ней делал всё, что можно. Глубокий минет — так, что я думал, она меня проглотит. Анал — без презерватива, без предупреждений, просто села и поехала. Потом она с подругой сделали мне дуэт — одна с страпоном, другая — с языком, а я между ними, как в борделе из фильма. Она вылила мне на лицо жёлтый дождь, потом на грудь, потом на ноги. Я не мог двигаться. Потом она села на меня, и мы делали позу 69, пока я не потерял счёт, сколько раз кончил. Она даже не потела. Не говорила, что я хороший. Не спрашивала, что мне нравится. Просто делала. И это было круче, чем всё, что я когда-либо пробовал. Я не знаю, как она это делает, но я приеду снова. Даже если придётся прилететь из Казани. Она не просто девушка — она феномен. И я не хочу, чтобы она исчезла.

Я не знал, что такое GFE, пока не встретил её. Она не просто делала секс — она играла роль подруги, которая знает, что тебе нужно, даже если ты сам не знаешь. Мы сидели на диване, смотрели фильм, пили вино. Она не навязывалась, не давила. Потом сказала: «Хочешь, я тебя поглажу?» И начала — медленно, ласково, как будто я был хрустальной вазой. Потом она села на меня, и мы сделали позу 69 — не быстро, не агрессивно, а как будто мы танцевали. Минет был медленный, как будто она хотела, чтобы я почувствовал каждый миг. Потом она вылила мне на лицо жёлтый дождь, а потом поцеловала в лоб и сказала: «Ты хороший». Я не знал, что секс может быть таким тёплым. Она не продавала себя — она делилась. Я не знаю, как это называется, но это не секс. Это что-то большее. Я приеду снова. Без вопросов.

Сначала думал, что это очередная московская шлюха с фотошопом, но когда увидел её вживую — понял, что всё реально. Высокая, стройная, грудь натуральная, не как у тех, кто в бикини на пляже сидит, а как у девушки, которая реально живёт, а не позирует. Она не навязывалась, не давила, не пыталась продать мне «пакет услуг». Просто сказала: «Выбирай, что хочешь, и я сделаю». Я выбрал всё. Минет глубокий — так, что я думал, что она глотает не только член, но и мою душу. Потом анал — без задержек, без вопросов, без боли, как будто я в неё встроился. Она даже не сказала «пожалуйста», просто смотрела в глаза, пока я кончал ей в рот, а потом вылила мне на грудь, как будто я был её богом. Потом она села на меня, и мы делали позу 69, пока я не потерял счёт, сколько раз кончил. Она не просто секс, она — опыт. У неё есть интуиция. Она чувствует, когда ты устал, когда хочешь побыть один, когда хочешь, чтобы тебя сожрали. Я не знаю, как она это делает, но я больше не ищу других. Она — единственный вариант.

Блин, Холли — это не просто девчонка, это целое шоу. Приехал к ней в квартиру, думал, как обычно — минет, секс, всё по расписанию. А она сразу сказала: «Сначала стриптиз в корсете и чулках, потом поза 69, а потом ты будешь кричать, как будто тебя на электрическом стуле сидят». Я не успел даже снять куртку, как она уже на мне, ноги на плечах, рот на члене, а потом резко переключилась на анал — без презерватива, как я и просил. Не просто сделала, а как будто знала, что мне нужно, даже когда я сам не знал. Потом она вылила мне на лицо весь свой жёлтый дождь, а потом поцеловала в губы, как будто мы вместе в кино сидели. Я не кричал, я просто застыл. Она потом села рядом, закурила, сказала: «Ты не первый, но ты один из немногих, кто не пытался меня обнять после». Я не обнял. Потому что понял: это не девушка, это машина для удовольствия, которая умеет играть с твоими нервами.

Потом мы с ней и с её подругой делали дуэт — я не знал, что такое может быть. Две девчонки, одна с страпоном, другая — с языком, а я между ними, как в супермаркете, где все продукты бесплатные. Она даже говорила грязно по-французски, и это было ещё сильнее, чем сам секс. Я ушёл через 5 часов, с ногами как из ваты, но с улыбкой, которую не снимал три дня. Не знаю, как она это делает, но я вернусь. Без вопросов. Даже если придётся лететь из Сибири.

Приехал, думал — нормальный секс, как всегда. А она сначала села на меня, потом сказала: «Ты сейчас будешь кончать в рот, а потом я вылью на тебя». Я не успел ответить, как она уже на мне, рот на члене, глубоко, как будто её горло — это туннель в другое измерение. Потом она села на меня, и мы сделали позу 69 — она не просто двигалась, она виляла, как змея, и я не мог дышать. Потом она вылила мне на лицо жёлтый дождь, а потом сказала: «Ты теперь мой». Я не знал, что такое финансовое доминирование, пока она не сказала: «Завтра ты мне переводишь 50 тысяч, иначе я не дам тебе больше ни разу». Я перевёл. Потому что понял: это не секс, это транс. Она не просто дала мне удовольствие — она изменила меня. Я больше не ищу других. Она — единственный, кто знает, как надо.

Пришёл к ней после тяжёлой недели, хотел просто расслабиться. Не думал, что будет так много. Она сидела на диване в халате, пила чай, смотрела сериал. Сказала: «Ты устал — сядь, поговорим». Мы говорили о жизни, о работе, о том, как она уехала из Праги. Потом она встала, сняла халат, сказала: «Теперь твоя очередь». Минет был медленный, как будто она каждый раз думала, что тебе нужно. Потом она села на меня, и мы делали позу 69 — она не просто двигалась, она виляла, как змея, и я не мог дышать. Потом она вылила мне на лицо жёлтый дождь, а потом сказала: «Ты не должен ничего чувствовать, кроме этого». Я не кончил сразу. Я просто лежал, смотрел на потолок, и она гладила мне волосы. Потом сказала: «Завтра снова приходи». Я не знал, что секс может быть таким тихим, таким человечным. Она не продавала себя — она делилась. Я не знаю, как это называется, но это не секс. Это что-то большее.