Привет, я Стелла — твоя компания в Москве и где‑угодно

Селла — это не просто девчонка, это целое шоу. Приехал к ней в квартиру, думал — ну, как обычно, пару часов, потом домой. А она меня на полчаса в костюме учительницы держала, потом скинула всё и начала кунилинус с такой жадностью, что я чуть не потерял сознание. Потом пошла на 69, я ей морду засовывал, а она мне в задницу пальцем играла, как будто это её работа. Не ожидал, что так будет. Потом она вылезла из-под меня, села на лицо, и я ей в рот кончил — не просто в рот, а глубоко, как будто она ждала этого целую жизнь. Потом ещё раз, уже на грудь, и ещё на живот. Она не просто выполняет — она вживается. Всё было чисто, уютно, даже ароматы в комнате были как в дорогом отеле. Не думал, что могу так раскрыться с незнакомкой, но она заставила меня забыть, что я вообще где-то ещё есть.

Потом она предложила ролевую игру — госпожа. Я не знал, что могу так стонать от одного взгляда. Она просто сидела, смотрела, говорила, что я мусор, и я начал молиться, чтобы она меня тронула. Кончил три раза за час, и она даже не вставала. Это не секс. Это психология. И да, она говорит на английском и французском — когда она шепчет на французском, что я «petit con», я чувствую, как моё тело сдаётся. Лучшая в Москве. Не ищите больше.

Приехал к ней после тяжёлой недели. Думал — просто минет, пару минут, и домой. А она села на меня, сказала — «ты сегодня мой», и не отпустила. Сначала — классический секс, потом анал, потом она села на моё лицо, а я ей в рот кончил. Потом она сказала — «теперь ты мой». Я не понял, что это значит. Потом она взяла секс-игрушку, вставила себе в зад, и начала двигаться, пока я ей в грудь кончал. Потом — сквиртинг. Потом — стриптиз. Потом — ролевая игра. Она говорила, что я мусор, и я начал молиться. Я кончил пять раз. Я не знал, что можно так сойти с ума. Она не просто красивая. Она — магия. И я не знаю, что со мной стало. Но я вернусь. Без вопросов. Она не продает время. Она продает забыть, кто ты есть.

Я путешествую по миру, и я видел много. Но она — другое. Она говорит на трёх языках, и когда она шепчет на французском, что я «petit salaud», я чувствую, как моё тело сдаётся. Она не просто делает анал — она делает его так, будто это её последняя любовь. Кончает на лицо — не просто на лицо, а так, будто ты ей принадлежишь. Она делает кунилинус — не как девчонка, а как зверь. Потом — стриптиз, потом — фетиш ног. Она села на мои ботинки, а потом сказала — «сейчас ты будешь сидеть на моём лице». Я не мог дышать. Потом она сказала — «ты мой». Я не знаю, что это значит. Но я знаю — я вернусь. Она не просто красива. Она — опасна. И я бы пошёл на это снова. Без вопросов. Она не продает секс. Она продает покорность. И я купил. Навсегда.

Был у Стеллы два раза. Первый — просто хотел снять напряжение. Второй — приехал, потому что не мог перестать думать о ней. Она не просто делает минет — она делает его так, будто это последний шанс на спасение. Глубокий минет — это не про рот, это про дыхание, про горло, про то, как она тебя засасывает, будто ты ей нужен, как воздух. Потом анал — без предупреждения, без мази, просто сказала «откройся» и впустила. Я не кричал, я просто застонал, как собака. Она не спрашивает, она знает. У неё тело — 175 см, стройная, грудь B — но это не главное. Главное — как она смотрит. Когда она смотрит тебе в глаза, пока ты кончаешь ей в рот, ты понимаешь — ты не клиент. Ты её мальчик. Она делает всё — и сквиртинг, и стриптиз, и фетиш ног. Я ей даже в ботинки кончил, и она не моргнула. Просто улыбнулась и сказала «ещё?». Я не знаю, что с ней будет через месяц, но я знаю — я вернусь. Это не работа. Это искусство. И да, она смеётся, когда ты кончаешь слишком быстро. И это ещё круче.

Был в Москве на делах, решил — почему бы не попробовать. Нашёл её, приехал. Она живёт в нормальной квартире, не в борде. Встретила в халате, сказала — «ты пришёл?». Я кивнул. Она скинула халат — и всё. Никаких предисловий. Села на меня, начала двигаться, и я сразу понял — это не та, кто делает ради денег. Она делает, потому что ей нравится. Минет — как будто она его ждала всю жизнь. Глубокий, с глотанием, с шумом, с тем, как её горло сжимается. Потом анал — без предупреждения, просто сказала — «откройся», и впустила. Я не кричал — я просто застонал. Потом она сделала мне фетиш ног — села на мои ботинки, а потом сказала — «теперь кончай мне на ступни». Я кончил. Она слизала. Не смущалась. Потом — стриптиз, потом ролевая игра — госпожа. Она говорила, что я мусор, и я начал молиться. Кончил дважды. Я не думал, что могу так сойти с ума. Она не просто красива — она опасна. И я бы пошёл на это снова. Без вопросов.

Я не люблю писать отзывы. Но она — исключение. Она не делает вид, что она что-то особенное. Она просто делает. Минет — как будто это её работа, а не обязанность. Глубокий, с глотанием, с шумом, с тем, как её горло сжимается. Потом анал — без предупреждения, просто сказала — «откройся», и впустила. Я не кричал — я просто застонал. Потом она села на меня, и я в неё. Потом она сказала — «теперь я тебя». Она взяла меня за шею, впустила в себя, и сказала — «ты теперь мой». Я не мог дышать. Она не просто делает секс — она владеет. Потом она сделала мне сквиртинг, а потом кончила мне на грудь, а потом сказала — «ты теперь мой мальчик». Я не знаю, что со мной стало. Но я не могу жить без этого. Она не продает время. Она продает забыть, кто ты есть.

Она делает всё, что ты можешь представить, и ещё кое-что, что ты даже не осмеливался мечтать. У неё нет тату, нет пирсинга — только тело, голос и взгляд. Когда она говорит «покажи мне, как ты кончаешь», ты понимаешь — это не приказ. Это привилегия. Она кончает на лицо — не просто на лицо, а так, будто ты её бог. Кончает в рот — и ты чувствуешь, как её горло сжимается, как будто она хочет, чтобы ты остался внутри. Потом она делает кунилинус — не как девчонка, а как зверь. Она не просто ласкает — она пожирает. Я кончил три раза за час, и она даже не потела. Потом она сказала — «хочешь ещё?» — и я кивнул. Она взяла секс-игрушку, вставила себе в зад, и села на меня. Я не мог дышать. Потом она сделала мне стриптиз — медленно, как будто каждая ткань — это последний шанс. Я не помню, как ушёл. Я помню только, как она смотрела, когда я кончил на её грудь. Это не секс. Это религия. И я готов стать её последователем.

Приехал с девушкой — думал, будет странно. А она так легко включилась в игру. Сначала мы с ней поцеловались, потом она начала ласкать мою подругу, а потом просто села на меня, а та начала ей в задницу пальцем. Мы оба кончили одновременно — я в рот, она в грудь. Она даже не остановилась. Потом сказала «теперь вы оба — мои». Потом мы с ней играли в госпожу — она заставила мою девушку снимать одежду по одной вещи, пока не осталась голая, а потом сказала ей — «ты сейчас будешь сидеть на его лице, пока он не кончит в тебя». Мы оба не могли дышать. Она не просто разрешает секс с парой — она превращает его в ритуал. И да, она говорит на английском, и когда она говорит «you’re mine» — это звучит как приговор. Я не знал, что можно так сойти с ума от двух женщин в одной комнате. Она — магия. Никогда не думал, что буду возвращаться, но я вернусь. С ней даже грязные разговоры звучат как поэзия.

Я не пишу отзывы. Но у меня нет выбора. Она — единственный человек, который заставил меня забыть, что я мужчина. Я приехал с мыслью — просто снять напряжение. Она сидела на диване, в чёрном белье, без купальника, просто смотрела. Потом сказала — «сними рубашку». Я снял. Она не тронула. Потом — «штаны». Я снял. Она сказала — «сиди». Я сел. Она подошла, села мне на лицо, и я начал кончить в неё, пока она не сказала — «не останавливайся». Я кончил три раза, пока она не встала. Потом она села на меня, и я в неё. Потом она сказала — «теперь я тебя». Она взяла меня за шею, впустила в себя, и сказала — «ты теперь мой». Я не мог дышать. Она не просто делает секс — она владеет. Потом она сделала мне анал, а потом сквиртинг, а потом кончила мне на грудь, а потом сказала — «ты теперь мой мальчик». Я не знаю, что со мной стало. Но я не могу жить без этого. Она не продает секс. Она продает покорность. И я купил. Навсегда.

Приехал к ней, потому что друзья говорили — «если не пробовал Стеллу — ты ничего не видел». И правда. Она не кричит, не шумит, не делает вид, что она что-то особенное. Она просто есть. Минет — не просто рот, это горло, это дыхание. Она засасывает так, будто ты ей нужен. Потом анал — без предупреждения, просто сказала — «откройся», и впустила. Я не кричал — я просто застонал. Потом она села на меня, и я в неё. Потом она сказала — «теперь я тебя». Она взяла меня за шею, впустила в себя, и сказала — «ты теперь мой». Я не мог дышать. Она не просто делает секс — она владеет. Потом она сделала мне сквиртинг, а потом кончила мне на грудь, а потом сказала — «ты теперь мой мальчик». Я не знаю, что со мной стало. Но я не могу жить без этого. Она не продает время. Она продает забыть, кто ты есть.